Chipollino (gorky_look) wrote,
Chipollino
gorky_look

Categories:

Четыреста лет одиночества (парт севен)

- Я же говорила так будет лучше, - сказала временный уоррент офицер корабля “Лакшми” Амери Бриз Файверидоттир, ворочаясь в рюкзаке за спиной у отца. - Спиной к спине. Что я тебе, детеныш коалы, в шею тебе сопеть?

- Ага, лучше, - злобно отозвался Люк. - Ты как пизданула из двустволки, я после отдачи со спины чуть нос о переборку не разбил.

- Не матюкайся при ребенке, - строго сказала Амери. - Мне биологически один год и два месяца. Я ребенок. Хотя и уоррент офицер.

- А когда я матюкался?

- Ты сказал “пизданулась”.

- Ну вот тогда сама и не матюкайся! Я еще не вполне осознал что ты моя дочь, а ты у меня уже на шее сидишь с боевым перфоратором и светишь лазером по углам. И еще говоришь “не матюкайся”! Поучи отца ебаться! Тебе один год, и ты вообще не должна мат понимать! Для тебе собака это “авка”, а еда это “нямка”! Оно лазит по полкам арсенала и говорит “охуительно”! Чо тебе охуительно? Мушкет тебе охуительно? Папа чуть нос не сломал, когда ты из него пизданула! Это не штатное оружие, это для раздачи аборигенам предположительно колонизируемых планет!

- Ну, папа...

- Капитан Люк, уоррент Амери, прокладываю трассу на нулевой уровень, - сообщила в уши кристаллическая Лакшми. - Прошу синхронизировать оптические каналы.

Капитан с дочкой в рюкзаке провели пальцами нужные треки на армлетах. Коридоры “Лакшми” в тактической оптике масок рарзисовались цветными линиями и стрелами.

- Отловлены тики костюма секонд-пилота Файвери Бриз.

- Что значит “костюма” - ошеломленно спросил Люк. - А где, собственно, то что было в костюме?

- Биологического объекта нет. Я делаю что могу. Прости, Люк. Последняя фиксация - это попытка вскрытия дренажного отсека лазерным резаком с подключением к внешнему источнику питания. Дальше слежение пропало.

- Вот, - сказал капитан. - Твоя ненормальная мамаша разделась догола и пошла ебатсья к чудовищам, самозародившимися в дреннер-отсеке из говна, ссак и приставки “нинтендо”. Которую уронил туда индийский программист четыреста лет назад. А со мной как поебаться, у нее голова постоянно болит! Я вообще не понимаю - откуда у меня четверо детей и что я делаю на этом корабле.

- Папа, идем... - тихо сказала Амери. - Может быть все не так. Просто поговори с ней.

- Дай боже, чтобы было не так, - зарычал из под шлема Люк. - Лашкми, доставка на место вскрытия. Нулевого уровня. Арсенал закрыть.

Папа с дочкой вышли из кубика арсенала. Амери, висящая в рюкзаке у отца, спиной к спине, контролировала тыл, подсвечивая подозрительные углы невидимым светом легкого перфоратора “Даймлер”. Папа взбросил руки и вывалил в обе ладони из локтевых ложементов тяжелые и легендарные “пара-шестьсот”.

- Если я что-то узнаю, то вам тут все пиздец, включая чудовищ, - рявкнул Люк, активируя нить воспламенения безгильзовых зарядов офицерских парабеллумов.

- Единственное чудовище пока что здесь ты, - грустно сказала Лакшмимайнд. - Но ты капитан. Транспортный стакан на нулевой уровень сейчас будет подан. Береги ребенка.

- Спасибо, тетя Лакшми, - сказала маленькая Амери, водя в
маске с помощью саккадного устройства четыре боевых прицельных курсора “Даймлера” по темным местам за спиной у отца. - Ты хорошая.

- Ты тоже хорошая, - мягко откликнулся командный разум корабля - Котик такой пусиковый. Папа у тебя дебил.

- Все у вас хорошие, только я один дебил, - отозвался Люк. - Все, пошли. Голову только пригни, а то об проем ударишься. Нет у нас боевой каски на годовалого ребенка. Раз, два...

- Пап, стой. Один вопрос.

- Один.

- Ты сказал шестьдесят тысяч замороженных колонисток. Там и красивые были.

- Сорок. Остальное - колонисты.

- Тогда почему...

- Потому что требуется согласие двух офицеров! А один из них твоя мама! Она что, согласится, чтобы я полутруп размораживал каждый раз когда у нее голова болит? Пристегнись.

-Что?

- Застегни фастексы рюкзака в котором ты сидишь. Два сверху и два снизу. И не ерзай жопой когда стреляешь. Ты мне сбиваешь наводку парабеллумов. Просто долби даймлером примерно в ту сторону. Он без отдачи в импульсном режиме. Веди рукой и все. Опирайся локтем на панель справа. У тебя маленькая ручка, вес перфоратора может потянуть ее вниз. Будет страшно, ори. Я развернусь. Подсвечивай сзади и отсекай подходящее, если они не отвечают на свой-чужой. Здесь твоя мама и три твоих сиблинга.

Девочка послушно пощелкала застежками.

- Пап. Ты классный.

- Маме это скажи. Потому что она считает что из всего этого зверинца я один долбоеб.

- Идем за мамой. Она обижается, но тебя простит. Извини, я линкуюсь с тобой в боевых контурах, “таск-таск одиннадцать десять эксперт.” Лакшми, слияние. Контуры синхронизированы?

- Принято, уоррент, - отозвалась Лашмимайнд. - Синхронизирую. Готово.

- Ебануться, - горько сказал Люк. - Я капитан этого судна. Которое летит хуй пойми куда четыреста лет, и лететь еще семьсот, опять хуй пойми зачем. Меня два раза пытались отпиздить сковородой. Один раз в меня на фоне предменструального синдрома стреляли из пневматического пистолета. И еще раз выкидывали за борт через мусорник. И я все вытерпел. Теперь у меня за спиной сидит ментально разогнанная годовалая пиздючка с тяжелым вооружением даймлера, они синхронизируют системы судна, и мы должны спасать ее дикую мамашу! Вообще, в этом мире совесть есть?

- Отдан тик, - сказала Лакшми. - Кто то тронул костюм Файвери и переместил его.

- А-а-а! - заорал Люк, выкидывая по направляющим “пара-шестьсот” из ложементов. - Я вас щас сука поперемещаю. Я вас так поперемещаю, что вы перемещаться заебетесь! Я вас на ноле ноля достану. Я вас блять на дне вашего говнохранилища достану. Я туда импакт спущу!

- Папка, успокойся, - отозвалась маленькая Амери из рюкзака. - Идем за мамой. На этом корабле нет никого, кроме тебя, мамы, нас и мороженных колонистов. И какой-то живности в отстойнике, куда четыреста лет никто не заходил. Я подключила оружейную подачу к твоей броне. Я маленькая, мне физически один год. Я не потащу такой боеприпас. Ты не против?

- Та тю. Аксептед. Вот и транспортный стакан прибыл на андерлевел. Идем в ад?

- Джеррронимооооо! - страшно взвыла маленькая офицерша, болтаясь в рюкзаке у папы, пристегнутая ремнями, размахивая перфоратором и дергая ногами в тактических носочках, - Килимоллл! Киллах!

Люк заполошно закрутился вокруг себя, пытаясь вытащить дочку из укладки, отобрать у нее импульсный перфоратор и надавать ей по сраке.

- Это пиздец, - меланхолически заметила Лакшми. - Что я здесь вообще делаю? Почему я не автомат в игровом зале, а искусственный интеллект колониального корабля? Это миссия спасения человечества? Нахуя его в таком виде спасать? Спасать надо меня!

- Я хочу к маме, - сказала Амери и поцеловала папу в шлем.

- Я тоже к ней хочу, - честно ответил Люк и поцеловал дочку в лоб. - Лезь обратно в рюкзак. Кстати, как ты из него вылезла?

- Уметь надо, - пробурчала Амери, защелкивая фастексы обвеса. - Поехали. Джеронимо.

Tags: Буквономика, Литаратура
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments