July 20th, 2016

Неизъяснимая тоска, або Сиркова мова

Стон загадочной российской души и собачий вой на луну имеют одну и ту же природу. Причем, я сейчас не хочу обидеть ни пса, ни москаля. Собака воет потому, что будучи довольно высокоорганизованным существом (в отличие от, допустим, рака), воспринимает мир в виде синтеза разнородных ощущений и впечатлений, слабо поддающихся логическому анализу собачьим мозгом. И когда собака пороется в воспоминаниях, то достает из эйдетической памяти ошпаренный кипятком бок во всей полноте ощущений (это пояснение для тех, кто боится слова «эйдетика»), и издает свое «Ы-ы-ы... Уау-ау!..» Бо по-другому Сирко сказать не може.

Кацап воет примерно по той же причине – эйдетический отпечаток яркий, а вербализовать его нет или инструмента, или навыка пользования инструментом.

И не надо мне про «великий и могучий», как инструмент мышления и средство коммуникации, приводя в пример классиков Толстого с Достоевским. К началу большевистской революции неграмотность составляла 80% населения «России, которую» мы потеряли, так что до Толстого добирались только толстые читатели, а уровень общей коммуникации прекрасно иллюстрируют плакаты РОСТА – между прочим, созданные далеко не самыми бесталанными криэйторами, один Маяковский чего стоил. «Буржуй? Саси хуй!» - вот примерная пропускная способность общенародного коммуникационного канала эпохи ликбеза.
Collapse )